Создатель и управляющий партнер «Мегаплан» и генеральный директор «Ютинет» Михаил Уколов

М. Спиридонов: Добрый день, коллеги! Сегодня 16 июля 2010 года. В эфире 62 выпуск эксперт-шоу "Рунетология". У микрофона Максим Спиридонов. Как правило, любой эксперт в той или иной области начинает свой пути из точки A, переходит в точки B, C, D и так далее через проекты одного типа. Однако сегодня мы говорим с менеджером, который совместил в себе две компетенции. Он является экспертом в области электронной коммерции, т.е. генеральным директором интернет-магазина «Ютинет». Также он является основателем, идеологом и управляющим партнером компании «Мегаплан». Это Михаил Уколов. Михаил, привет!

М.Уколов: Добрый день! Привет, Макс.

М. Спиридонов: Каким образом оказалось так, что ты пошел в две несоприкасающиеся области?

М.Уколов: Это произошло с разницей в три года. В 2004 году появился Ютинет, в 2006 году мы придумали Мегаплан. Мегаплан родился как поддерживающий проект для Ютинета. Нам в свое время нужен был Таск-менеджер. Мы зарядили нашего IT-директора перерыть всё, что есть в России и на Западе, и ничего подобного не нашли. После этого мы решили создать этот проект не только для себя, но и для рынка.

М. Спиридонов: Началось с того, что вы сделали систему управления проектом для себя?

М.Уколов: Не совсем проектом. Задача была другая: нам нужна была система управления неосновными бизнес-процессами, а совместной работой. В 2006 году в России вообще не было никакого collaboration. Может кто-то помнит, раньше была система управления задачами Мотив. Сейчас выродилась система документооборота. По сути, в тот момент на рынке ничего подобного не было. Как любые нормальные коммерсанты, поняв, что спрос есть, а рынка нет, точнее, продуктов на рынке нет, мы решили создать его.

М. Спиридонов: Оговорка по Фрейду. Рынка не было тогда, сейчас с ним проблемы.

М.Уколов: По большому счету, да. Тогда его совсем не было, сейчас мы на подходе к тому, что он будет образовываться.

М. Спиридонов: Хорошо. Прежде чем послушать твое досье, я скажу несколько слов. Рунетология выходит в альянсе с союзом интернет-деятелей «ЕЖЕ». ЕЖЕ – одно из самых старых и влиятельных объединений русскоязычных интернетчиков. ЕЖЕ-движение с 1997 года поддерживает галерею физиономий русского интернета, где представлены самые заметные русскоязычные сетевые деятели. А сейчас досье эксперта.

Досье

М. Спиридонов: Михаил, не приходили ли в страшных снах мысли о том, что SaaS в России вообще не приживется?

М.Уколов: Нет. Это как трамвай. Он медленный, но он едет. В итоге он все равно приедет. Нет ни одной страны в мире, где SaaS в том или ином виде может не прижиться. Не прижиться может какой-то кусочек, например, collaboration. Это я вполне допускаю. В России с ее культурой и методами управления он может не прижиться. В SaaS есть сегмент оперативного учета, так называемый CRM-решения, куда входят решения для автоматизации финансов, автоматизации продаж, то есть, автоматизации основных бизнес-процессов. Этот сегмент существует в виде коробочных решений. В любом случае, он в том или ином виде перейдет в SaaS-сегмент. Saas в России будет. Мы же не можем сказать, что квартиры в Москве продаются, а в аренду сдаваться не будут.

М. Спиридонов: Понятно. Вопрос был несерьезным. Мегаплан стартовал в 2006 году?

М.Уколов: В голову мне пришла мысль о том, что это необходимо сделать, 15 мая. Я пришел к ребятам и сказал: «Давайте делать». Около полугода мы обсуждали эту идею, придумывали, как и что делать, писали различные сценарии. Затем я собрал команду в проект. С ноября-декабря 2006 года мы махнули флажком. Разработка проекта началась в начале 2007 года. Продажи мы запустили накануне кризиса, в конце 2008 года.

М. Спиридонов: Продажи ведутся почти 2 года?

М.Уколов: Да.

М. Спиридонов: Какая динамика наблюдается? Продажи идут непросто, нет ажиотажного спроса?

М.Уколов: Смотря, что брать за основу. Если за основу взять 2009 год, то в 2010 Мегаплан покажет 5 или 6-ти кратный прирост выручки. Если взять по отношению к самому первому месяцу, например, к февралю 2009 года, то сейчас мы в 15 раз больше.

М. Спиридонов: То, что происходит, навевает оптимизм?

М.Уколов: Оптимизм не навевает, потому что мы рассчитывали на более быстрый рост, но мы знаем, что делать дальше.

М. Спиридонов: Я сознательно начал со скептиза, потому что именно так проскакивают мнения в Рунете. Люди, которые знают Мегаплан, делятся на 2 лагеря: те, кто считает, что это здорово и классно и те, кто считает проект бесперспективным.

М.Уколов: Это нормально.

М. Спиридонов: Вы как-то с этим работаете?

М.Уколов: Мы с пессимистами не работаем. Всегда будут люди, которые во что-то верят, а во что-то нет. Мы знаем, что есть послужной список, мы понимаем, куда смотреть и что делать. Если бы у нас от месяца к месяцу не было бы роста выручки, мы бы, наверное, задумались, не занимаемся ли мы какой-то фигней. Если капиталист будет смотреть, что Мегаплан продается на 50 тысяч долларов в месяц, по большому счету, это слезы. Если год назад мы продавались на 10, а сейчас продаемся на 50, это хорошо. В следующем году будем продаваться на 350-500. Всё отлично.

М. Спиридонов: Как я говорил в начале программы, ты один из немногих, кто учился на менеджера и стал им, как ни странно, в области веба. Почему ты оказался в веб-индустрии, а не в традиционном бизнесе?

М.Уколов: Максим, это долгая история. Изначально я математик. Я чудом не пошел на мехмат учиться математике, а пошел учиться на экономический факультет.

М. Спиридонов: Ты оказался не на своем месте, как и все приличные и уважающие себя люди? Хотел учиться на одного, а стал другим?

М.Уколов: Нет, математика всю жизнь была нашим всем, но хотелось что-то делать, строить, быть у экономики, поэтому пошел на экономический факультет. Дальше сложилось так, что в институте вокруг меня были люди, которые занимались IT. Так или иначе, мы с друзьями тоже туда пошли. Со второго курса мы начали делать сайты. С третьего курса, будучи неплохими программистами, стали для Генерального Штаба Российской армии делать всякие информационные системы.

М. Спиридонов: Каким образом вы оказались в контакте с Генеральным Штабом?

М.Уколов: Генеральный штаб имеет тесную связь с военной кафедрой института. Военная кафедра отбирает лучших программистов и «вербует» их на работу бесплатно на Российское государство. Студенты – люди безотказные, им всегда можно сказать, что их освободят от сборов, если они что-то напишут. Вот так мы и работали.

М. Спиридонов: На Генеральный штаб Родины ты работал бесплатно?

М.Уколов: Да.

М. Спиридонов: Из любви и патриотизма?

М.Уколов: Да.

М. Спиридонов: Какой был первый заметный опыт в области веба, кроме маленьких сайтов на пару страниц?

М.Уколов: Мы написали свою первую сеть интернет-магазинов на заказ. Была сеть tv.ru. Она продавала элитные телевизоры. Там было 7 магазинов, мы собрали сеть из этих магазинов. В свое время они были в Яндексе на первых местах. Мы тогда учились на третьем курсе, это был наш первый серьезный опыт. На нем мы научились коммерсу.

М. Спиридонов: Это было еще в институте?

М.Уколов: Да. Я преподавал интернет-рекламу, занимался интернет-маркетингом, будучи студентом. Мой товарищ работал в компании «Манифест». У них крутились баннеры. Мы придумали серьезную систему управления интернет-рекламой. Это был наш первый бизнес-план, под который мы искали инвестора, будучи на четвертом курсе. Нас водил наш знакомый Сергей Базоев, партнер Pricewaterhouse Coopers, к Паше. Он выступал в прошлой передаче. Он тогда Спутником руководил.

М. Спиридонов: К Черкашину?

М.Уколов: Да. Мы тогда у него просили 60 тысяч долларом. Естественно, нам тогда денег не дали. Мы решили, что мы сами заработаем эти деньги на том, что знаем лучше всего. Это коммерс. Один мой товарищ работал бухгалтером в технике, второй товарищ кодил, помогал мне писать. К тому времени я сделал сеть интернет-магазинов. Я хорошо понимал интернет-маркетинг. Это та самая волшебная смесь, которая дала реактивный старт Ютинету.

М. Спиридонов: Откуда у тебя знания, навыки преподавания в сфере интернет-маркетинга? Самоучка?

М.Уколов: Всё началось с хакерства. На одном из институтских предметов мы взломали систему тестов, которую написал преподаватель, и заменили базу вопросов на вопросы, заготовленные ранее дома. Вся группа каталась по полу от смеха, когда мы пошли на пару, выпив пару бутылок пива, и забыли дискету в компьютере. Когда я менял базу, я забыл дискету. В итоге, на следующей паре меня преподаватель поймал и предложил направить мою энергию во что-нибудь позитивное. Мне нужно было разработать курс интернет-маркетинга. В общем, я его разработал и начал преподавать.

М. Спиридонов: Тоже на бесплатной основе?

М.Уколов: Конечно. В институтах сейчас-то денег не платят, а в начале 2000-х об этом даже речи не шло.

М. Спиридонов: В каком году ты составлял курс по маркетингу?

М.Уколов: Это был 2002 год, за 2 года до Ютинета.

М. Спиридонов: Ты можешь припомнить, как это выглядело? Что мог представлять собой курс маркетинга тогда?

М.Уколов: Конечно, помню. Тогда все писали про баннеры, только начинал возникать контекст. Его практически не было. Про ссылки еще никто не знал. Тогда была только контентная оптимизация. Понятия «биржевого товара» тогда не существовало. Интернет не был таким информационно-прозрачным, как сейчас. Не было огромного количества сервисов по агрегации. Исходя из этого всего, я написал, каким образом надо заниматься ценообразованием, как ловить клиента, зачатки своего диссера вставил, исследовал понятие конверсии. Всё это в зачаточном варианте. Так или иначе, я написал 200 страниц.

М. Спиридонов: Ты писал кандидатскую на тему «Организация рекламной компании крупных сетевых интернет-ритейлеров»?

М.Уколов: Да, на основе опыта Ютинета. Основные идеи и практики, описанные там, были использованы в Ютинете.

М. Спиридонов: Каков был смысл написания кандидатской?

М.Уколов: У меня есть голубая мечта: я собираюсь построить университет. Для меня наука – вещь неотдаленная. Я занимался всю жизнь математикой. Мне интересно было писать кандидатскую. Эта серьезная работа позволяет структурировать собственное сознание, разложить по полочкам всё, что узнал, сделать какие-то выводы. Это исследование, что всегда интересно.

М. Спиридонов: Математикой ты продолжаешь заниматься?

М.Уколов: У меня есть товарищ, который защитился по математике. Когда он писал свою диссертацию, я пытался вникать в то, что он писал. Это было мое последнее серьезное занятие математикой. Иногда я, конечно, просматриваю, какие задачи появляются на всероссийских олимпиадах.

М. Спиридонов: Математикой, как наукой ты не занимаешься? Используешь исключительно для подсчета денег?

М.Уколов: Не совсем. В некоторых прикладных аспектах я использую. Например, когда мы придумываем модели в интернет-маркетинге, приходится использовать математику.

М. Спиридонов: Вернемся к Ютинету. Это магазин, который специализируется в основном на ноутбуках. Сейчас Вы расширяете ассортимент, но ноутбуки остаются флагманом продаж. Верно?

М.Уколов: Да. Мы с них начали, прицепили проекторы. В 2008 году мы приняли стратегию, которая подразумевала расширение ассортимента. В кризис мы не выдержали ее, резко убрали и пришли к двум прибыльным товарным направлениям. Рынок очухивается, мы пришли в себя, поэтому сейчас есть возможность расширять ассортимент, сокращать потребительский цикл.

М. Спиридонов: В каком рыночном сегменте Вы находитесь?

М.Уколов: В ноутбуках мы – лидеры. На сегодняшний день по нашим оценкам наша доля на онлайн-рынке ноутбуков составляет 13-15 %.

М. Спиридонов: Сколько вообще игроков?

М.Уколов: Около 500. Из этих 500 350 – квартирные интернет-магазины. Институциональных игроков немного, может, 50.

К Ютинету, как проекту, вы подошли через то, что делали для заказчика? Вы обрели какой-то опыт и решили, что по этому пути можно идти?

М.Уколов: Да.

М. Спиридонов: Как скоро пошел нормальный бизнес-цикл и появилась прибыль?

М.Уколов: Прибыль появилась с первого дня работы, так как расходов у нас не было. Зарплаты мы себе не платили, работали на квартире. Платили зарплату курьеру и немного Яндекс.Маркету. Я сам занимался оптимизацией, партнер договаривался с поставщиками.

М. Спиридонов: Делали вы сайт вдвоем?

М.Уколов: Витрину мы делали вдвоем с другим человеком, сам проект создавали с Олегом Рыбаловым, который по сей день является моим главным партнером по бизнесу.

М. Спиридонов: Если представить себе наглядное пособие по электронной коммерции, какие бы ты выделил важные этапы? Например, начали работу на квартире со страничкой, созданной самостоятельно, платили зарплату курьеру. Что происходило дальше? Как стать большими?

М.Уколов: С этого начинают все. Вопрос в том, какие сосредоточены компетенции в команде. У нас в команде были сосредоточены одни из лучших компетенций в области разработки архитектуры Framework. Те вещи, которые мы в архитектуру движка заложили тогда, по большому счету стоят и сейчас. Они не устарели. С нас их пытались копировать: у кого-то получилось, у кого-то нет. У нас были хорошие компетенции в интернет-маркетинге. У нас был энтузиазм. Мало кого можно сподвигнуть работать круглосуточно полгода без зарплаты.

М. Спиридонов: А жили вы на что?

М.Уколов: У нас была другая сеть интернет-магазинов, которую мы сделали на заказ. Мы ее тянули, раскручивали, рекламировали. С этого мы получали неплохой доход.

М. Спиридонов: Там вы получали зарплату как наемные работники?

М.Уколов: Это был наш проект, как студия мы получали деньги.

М. Спиридонов: Возвратимся к этапам. Вы начали с небольшого актива: вы вдвоем и курьер. Какие этапы были дальше? Какие этапы ты бы выделил этапы в становлении? Что вы предпринимали для того, чтобы расти, используя свои компетенции?

М.Уколов: Сложно поделить по этапам. Мы всегда пытались брать в команду лучших людей. Тех, кто не дотягивал, я воспитывал. Это вопрос команды. Когда ты начинаешь любую торговлю без оборотного капитала, есть вероятность подвиснуть с любым товаром надолго. У нас никаких приключений с обороткой практически не было, хотя наш банк на месяц закрывался. Помнишь, была история с «гута-банком», когда он разорился?

М. Спиридонов: Да, хорошо помню.

М.Уколов: В итоге он стал ВТБ-24. Все наши деньги лежали на расчетном счете Гута. Нам заблокировали доступ к деньгам через Клиент-банк. Нам сказали, что у них технические проблемы. На следующий день стало понятно, что заработанных 30000 рублей, которые лежали там, уже нет. Это было самой большой проблемой в первый год работы.

М. Спиридонов: Потом их вернули?

М.Уколов: Через месяц вернули. Но в этот месяц нам нужно было где-то деньги брать, мы у родителей заняли.

М. Спиридонов: Вы работаете сейчас так же, не покупая товар? Вы покупаете его де-факто, забираете у поставщика?

М.Уколов: Раньше мы на 100 процентов работали по такой модели. Эта модель масштабируема до 70-80 заказов в день. Дальше ее тяжело масштабировать. Сейчас мы работаем 50 на 50: 50% со склада, 50% грузится под заказ.

М. Спиридонов: Сколько сейчас у вас продаж в день?

М.Уколов: От 150 до 200 коробок в день в розницу. Половина из них идет со склада, половина от поставщика. Доставка от поставщика накладывает серьезные ограничения на время доставки. Практически невозможно доставить такой заказ в тот же день или на следующий день. Со склада коробку можно привезти в течение 3 часов. Когда товар везется от поставщика, его нужно вначале заказать, заплатить или оформить отгрузку, приехать за ним, укомплектовать его и затем доставить клиенту. Время – деньги, поэтому мы стараемся развивать работу со складом. Есть так же обратное противоречие. Если мы полностью переходим на работу со складом, как работают наши ключевые конкуренты в сегменте ноутбуков, то мы теряем ассортимент. Сейчас Ютинет.ру – магазин с самым широким ассортиментом как проекторов, так и ноутбуков. Это одно из ключевых конкурентных преимуществ для нас. Мы не имеем права сужать ассортимент. Основную матрицу мы грузим со склада, всё остальное мы увозим от поставщиков, чуть дольше, чем бы это можно было сделать со склада.

М. Спиридонов: Комбинируете, одним словом?

М.Уколов: Абсолютно точно.

М. Спиридонов: Какие стратегии ты бы назвал эффективными из использованных для того, чтобы магазин стал лидером сегмента?

М.Уколов: Строго по книжке «Стратегический маркетинг» или что-нибудь в этом духе. Руководство и проект должны видеть свои конкурентные преимущества. Из 500 магазинов, про которые я сказал, об этом задумываются, наверное, 5. Все остальные лезут туда, потому что они знают, где можно купить товар и, если выложить прайс на Яндекс.Маркет, 3 заказа в день упадет. В первую очередь, надо задуматься, чем ты лучше остальных и чем конкуренты лучше вас. У них больше оборотного капитала, соответственно они могут позволить себе содержать больший склад, уменьшив этим себестоимость. Они имеют более крутые конкурентные преимущества в офлайн-составляющей интернет-ритейла. Мы более крутые в онлайн-составляющей: у нас самая лучшая система автоматизации интернет-ритейла, которая существует в России. У нас автоматизирована каждая мысль, которая может прийти в голову. У нас очень серьезный интернет-маркетинг и самый широкий ассортимент, с которым мы справляемся благодаря серьезной автоматизации и правильно построенной работе интернет-маркетологов. Наше конкурентное преимущество – это онлайн. У наших конкурентов – оффлайн. У большинства из этих 500 магазинов никаких конкурентных преимуществ нет, поэтому они стараются уменьшать цену. Это единственный выход на рынке совершенной конкуренции. Всем, кто собирается лезть в рынок интернет-ритейла необходимо знать, что это рынок совершенной конкуренции, который очень прозрачен. Для того, чтобы там продавать, нужно хорошо представлять, почему вы, а не ваши конкуренты. Если ответ на этот вопрос, что у вас рекламный бюджет больше или что вы поставите цену ниже, чем у конкурентов, то лучше на рынок не выходить.

М. Спиридонов: Каким образом вы работаете с недовольными покупателями? Таких обычно бывает немало.

М.Уколов: В 2008 году, когда мы серьезно инвестировали в развитие бизнеса, мы не очень много денег и времени уделили этому аспекту, что было неправильно. Мы тогда потеряли деньги. Сейчас у нас есть внутренняя система работ с негативными отзывами о нашей работе. Мы мониторим каждого нашего клиента, который оформил у нас заказ, чем он доволен, а чем нет. Мы стараемся с каждым человеком с таким негативным отзывом поговорить, подарить сумку, мышку для того, чтобы у него осталось исключительно хорошее впечатление от общения с нами. По факту, это выходит недорого. Гораздо дороже не работать с клиентом, чем работать с ним.

М. Спиридонов: Непредсказуемо дорого может вылезти не работа с клиентами, особенно в наше время, когда клиент может обратиться к социальным медиа, как это делают заметные блогеры, и устроить черный пиар.

М.Уколов: Максим, это не самое страшное. Пиар останется, а какой он был, черный или белый, не все вспомнят.

М. Спиридонов: Мне кажется, что это утверждение поверхностно. Каждый случай надо рассматривать отдельно: бывают ситуации, когда настолько заклеймят.

М.Уколов: Это само собой. Если ты плохо работаешь с клиентом, некачественно делаешь свою работу, то очевидно, что ты рынок потеряешь. Я имел в виду в общем. Если есть какие-то единичные случаи недовольства, то в офлайне они через все наши ведомственные и неведомственные службы нагадить могут больше, чем в онлайне.

М. Спиридонов: Как, не понимаю?

М.Уколов: Например, написать заявление в БЭП.

М. Спиридонов: Хорошо, не будем трогать эту пикантную тему. Давай поговорим по поводу Мегаплана. Вы занялись им, как системой управления собственным проектом и внедрились в нее настолько глубоко, что стали выводить на рынок?

М.Уколов: Максим, не совсем так. Идея родилась для себя, но с самого первого дня мы стали делать ее для рынка. Не было ни одного дня, когда мы Мегаплан делали только для себя.

М. Спиридонов: Не мешало это? Я представляю себя на твоем месте. Если бы я что-то делал для себя, а размышлял на уровне всего рынка, то какие-то решения я бы делал более универсальными, а значит, менее заточенными под себя.

М.Уколов: Да, именно так.

М. Спиридонов: Это же плохо для компании.

М.Уколов: Что поделать? Мегаплан – независимый проект с большими инвестициями, в том числе из моего кармана, поэтому это должен быть, в первую речь, рыночный проект. Некоторые директора говорят, что что-то нужно в Мегаплане поправить, переделать. Это специфика. Мы не затачиваем Мегаплан под конкретный бизнес. Мегаплан – это система управления совместной работой, система автоматизации управления любого малого и среднего бизнеса. Так или иначе, мы делаем Мегаплан для рынка с какими-то своими аспектами, которые нужны только нам, но их никто не видит.

М. Спиридонов: Каким бы группам компаний ты бы порекомендовал Мегаплан?

М.Уколов: В первую очередь, Мегаплан подходит компаниям, которые работают в сфере услуг. Необходим он IT-бизнесу, информационному бизнесу, где есть распределенная работа, работа в команде. Дальше идет сфера услуг: юристы, адвокаты, нотариусы, бухгалтерские компании.

М. Спиридонов: Какая-то статистика у вас есть тех, кто конкретно занимается этим? Какие компании покупают у вас?

М.Уколов: Можно зайти в раздел «Клиенты Мегаплана», туда наши продавцы периодически сбрасывают компании. Можно посмотреть, кто там есть: многие из недвижимости, кто-то из торговли. По большому счету, использовать или не использовать Мегаплан зависит не от бизнеса, а от развитости информационных аспектов.

М. Спиридонов: От степени продвинутости пользователей?

М.Уколов: От степени продвинутости системы управления в компании, то есть насколько само управление автоматизировано. Если директор берет трубку, дает ЦУ, на чем управление и заканчивается, то Мегаплан не поможет. Если люди для управления пытаются использовать электронную почту, outlook и так далее, тогда Мегаплан сможет помочь в управлении. Это просто готовность использовать информационные технологии в управлении. Многие боятся автоматизировать управление, потому что не хотят, чтобы их управление было прозрачным, так как есть что скрывать. Это зависит от сознания руководителя и от выстроенной системы управления в компании. Есть IT-бизнесы, которые настолько консервативно управляются, что они даже не думают о Мегаплане.

М. Спиридонов: В 2008 году вы начали продажи?

М.Уколов: Я точно сказать не могу. Какие-то ощутимые деньги появились в конце 2008 года, может, анонсируемые продажи были летом. Анонс от Лебедева вышел в начале 2008 года. Полгода после этого было бета-тестирование продукта. Наверное, летом мы объявили о том, что начинаем брать деньги, в конце года нам начали давать деньги.

М. Спиридонов: Вы привлекли Студию Лебедева на общих основаниях?

М.Уколов: Исключительно.

М. Спиридонов: Известно, что они достаточно привередливые и берут немаленькие деньги за свои таланты.

М.Уколов: Да, Максим. Мы чудеснейшим образом их настолько сторговали, что они, наверное, до сих пор, не рады.

М. Спиридонов: На сколько процентов?

М.Уколов: Я не буду называть цену контракта, от тех цифр, которые обычно гуляют в интернете, можно ноль отрисовать.

М. Спиридонов: Удивительно.

М.Уколов: Я считаю, что это звезды правильно встали. Мы заплатили очень немного. Мы начинали платить в начале 2007 года. Тогда ни о каком кризисе речи не было, был рост. Так или иначе, мы подписали контракт выгодно.

М. Спиридонов: Довольны тем, что получили?

М.Уколов: Очень.

М. Спиридонов: Хорошо отработала студия Артемия Лебедева?

М.Уколов: По совокупности «цена-качество» я бы даже сказал больше, чем хорошо. За те деньги, которые мы заплатили, результат получился идеальным. Сроки три раза были пробиты, но результат себя оправдал.

М. Спиридонов: Они работали над интерфейсом и дизайном, а вы занимались программированием самостоятельно?

М.Уколов: Да, конечно. Их задачей было нарисовать интерфейс. Мы писали сценарий, по которому они рисовали интерфейс.

М. Спиридонов: На данный момент, сколько человек в команде Мегаплана?

М.Уколов: 25 человек.

М. Спиридонов: Сколько занимается поддержкой, сколько занимается продажами?

М.Уколов: 12 человек занимается разработкой, созданием продукта: программисты, дизайнеры, project-менеджеры.

М. Спиридонов: У вас сейчас работают свои дизайнеры?

М.Уколов: С нами работает дизайнер, который работал у Лебедева и который изначально рисовал Мегаплан. Теперь он работает у нас и рисует Мегаплан.

М. Спиридонов: Вы его переманили?

М.Уколов: Не совсем. Он – человек независимый. Он сам ушел от Лебедева, через 2 года нам удалось его забрать в команду.

М. Спиридонов: Он работает в Москве у вас?

М.Уколов: Нет, он живет в Красноярске и оттуда работает.

М. Спиридонов: Это не Дима Плотников?

М.Уколов: Конечно, он.

М. Спиридонов: Мы с ним работали над одним из проектов. Скажи, пожалуйста, у Мегаплана были какие-то заметные этапы? У Ютинета, как мы поняли, этапности не было.

М.Уколов: Ключевой этап будет через 15 дней, когда мы начнем продавать оперативную линейку. Был старт продаж. 2 года Мегаплан был инвестиционным, дотационным проектом, который кормился из Ютинета. В 2008 году мы решили, что пора начинать продавать. Затем в 2009 году он попал в большую черную дыру – кризис. Тогда Мегаплану было сказано, что пора на жизнь зарабатывать исключительно своими силами, больше денег Ютинет не даст. Это было второй большой вехой. Тогда все подсобрались и начали активнее развивать проект. Это были самые тяжелые времена. Следующая большая веха в Мегаплане – это момент, когда мы нашли партнера. Четвертая большая веха, которая будет через 15 дней – запуск оперативной линейки, то есть автоматизация финансов компании. Мы выходим в новый для нас сегмент: это уже не collaboration, это автоматизация ключевого процесса, то есть финансового учета компании. Этот рынок в России в 5 раз больше, чем collaboration. Как мне кажется, это 4-ая ключевая точка в развитии Мегаплана.

М. Спиридонов: Как ты бы охарактеризовал положение вещей с SaaS в России?

М.Уколов: Всё в порядке. Еще два года назад не было ничего, год назад появилось много слов, началась какая-то движуха, сейчас все продолжают носиться со словами. Никто не знает, что с этим делать, какие модели продаж должны быть на этом рынке, каким образом строить агрегаторные площадки. Softkey и softline пытаются что-то делать. Посмотрим, как у них это получится. Никто не знает, что с этим делать, но вокруг слова SaaS происходит большое движение. Следующий этап – появление рынка. Не было ничего, появились слова, сейчас происходит круговорот энергий, дальше появится рынок. Мы сейчас пребываем в состоянии, когда вокруг слова SaaS начали двигаться деньги и энергия.

М. Спиридонов: В среде профессиональной, скорее?

М.Уколов: Да, это очевидно. Недавно проводился опрос среди всех IT-директоров российских компаний, не веб-сегмента, а вообще, про Saas думают около 20%. В идеале этого хотеть должны все. Это говорит о том, что пока что не сформирована потребность.

М. Спиридонов: Я понял тебя. Давай сейчас поговорим по тем вопросам, которые задали слушатели в моем блоге. Сейчас я выберу те, на которые мы не ответили и которые кажутся мне наиболее любопытными. Для разгона такой предметный вопрос по Мегаплану. Когда выйдут time manager и life manager? На сайте было написано несколько месяцев назад, что скоро.

М.Уколов: Life manager не выйдет никогда. Это было написано несколько лет назад. Time manager выйдет 15 августа, называться он будет минипланом. Миниплан для закрытого тестирования уже доступен. Миниплан будет объявлен как бесплатный сервис. Life manager рынку не нужен, как мы считаем. На самом деле, внутри нас есть куча споров на эту тему. Мы думали, сделать его полубесплатным или бесплатным. В ближайшее время его не будет.

М. Спиридонов: Drum Boom спрашивает: «Как Вы думаете, будущее за отраслевыми или универсальными решениями в области управления проектами?»

М.Уколов: Я бы расширил: не в области управления проектами, а в области управления бизнесом.

М. Спиридонов: Я уточню. Одна сторона медали – это когда под задачу предприятия строится специальное программное решение, которое учитывает все нюансы бизнес-процессов, настроение генерального директора, степень продвинутости секретарши и так далее. Другая сторона медали – это обычный CRM – когда строится универсальный проект (Мегаплан), который пытается предусмотреть максимум того, что может понадобиться основной группе клиентов, тем, кто этим может пользоваться. Тут понимается, что это могут быть юристы, дизайнеры, художники, парикмахеры и так далее. Что тебе кажется наиболее разумным?

М.Уколов: Максим, на рынке будут существовать и те и другие решения. Для того чтобы автоматизировать все бизнес-процессы компании нужен зоопарк из 20 решений: софт для автоматизации отпусков, софт для автоматизации командировок, софт для автоматизации выставления счетов, софт по управлению заявками клиентов и так далее. Они будут закрывать 100 процентов этого бизнес-процесса. Каждое желание руководителя процесса может быть настроено. Их много. Интегрировать их невозможно. У каждого сотрудника должно по 5 различных софтов в работе использоваться. Это неэффективно. Куда эффективнее, закрывать каждый бизнес-процесс на 70-80%, то есть выполнять не всю функциональность. Любой бизнес-процесс в Мегаплане автоматизирован примерно на 80%, но все они автоматизированы в одном месте, что очень удобно для компании. Это проще по денежной нагрузке. Не секрет, что комплексные продукты стоят дешевле, чем узкоспециализированные решения для каждого бизнес-процесса.

М. Спиридонов: Главный аргумент – цена? Комплексное решение стоит значительно дешевле?

М.Уколов: В бизнесе цена всегда является важнейшим аргументом. Плюс, скорость внедрения. Чтобы внедрить 20 софтов и обучить компанию нужно много времени. Поставить один Мегаплан намного быстрее. Каждая компания будет выбирать сама, но мы считаем, что осевая информационная система интереснее для небольших бизнесов. Понятно, что большие компании будут закрывать каждый бизнес-процесс отдельно. Небольшие компании не могут себе это позволить.

М. Спиридонов: Это тема специфического профессионального холивора?

М.Уколов: Точно. Стратегические маркетологи ругаются насчет этого.

М. Спиридонов: Да. Давай пойдем дальше. Будете ли вы разрабатывать версию для iPhone и iPad, как это к примеру сделали BaseCamp?

М.Уколов: Да.

М. Спиридонов: Как скоро?

М.Уколов: Хотим запустить процесс в 4 квартале этого года.

М. Спиридонов: Ждать в следующем году, не раньше?

М.Уколов: Запустим в 4, ждать в 1-2 квартале следующего года.

М. Спиридонов: Анастасия Морозова спрашивает: «Рентабелен или убыточен Мегаплан?»

М.Уколов: Если капитализировать затраты на программистов, то рентабелен. Как посчитать показатель рентабельности? У Мегаплана отрицательный поток, если рассматривать капитализационно, то есть расходы поделить на сам продукт, его создание. Он положителен, если зарплаты программистам не платить. Если зарплаты платить, то отрицателен. Зарплаты программиста – это затраты на создание продукта, они капитализируются. Обычно в экономике капитализируемые затраты при подсчете рентабельности не считаются.

М. Спиридонов: Пока что денег вы съедаете больше, чем зарабатываете. Когда вы собираетесь зарабатывать больше, чем съедаете?

М.Уколов: В абсолютный операционный плюс, то есть когда входящий денежный поток будет больше исходящего потока, Мегаплан выйдет во втором квартале следующего года.

М. Спиридонов: Всё на это указывает?

М.Уколов: Да, конечно. Графики восходят, но мы так же возгоняем графики наших инвестиций. Если продукт не развивать, он умрет. С ростом нашей выручки увеличиваются инвестиции в разработку продукта.

М. Спиридонов: Еще один вопрос. Сравните себя с конкурентами. Почему нам с 37 сигналов стоит переходить на ваш продукт?

М.Уколов: 37 сигналов предназначен для совсем маленьких компаний. Это ультрапростые решения. Мегаплан – более серьезный продукт. Он позволяет автоматизировать компанию не из 3-5 человек. Если компания состоит из 3-5 человеку, то нет разницы, где работать. Value они дадут одинаковую. Если работает компания из 10 человек, и у нее есть какая-то модель управления этим бизнесом, у нее есть финансы, проекты, то Мегаплан даст больше value, потому что он может собрать в себе больше. Value для компании из 3 человек 37 сигналов и Мегаплан дадут одинаковый. Тут стоит вопрос в размере компании. Это мое личное мнение.

М. Спиридонов: У вас сложнее, универсальнее и поэтому функциональнее продукт?

М.Уколов: У нас не сложнее. Сложность такая же, но наш продукт позволяет закрывать более серьезные и сложные бизнес-процессы. Если их нет, то продукты одинаковые.

М. Спиридонов: Последний вопрос. Как мне кажется, ответ на него «нет». Подтверди. На российском рынке подобных продуктов не существует?

М.Уколов: Нет, не существует.

М. Спиридонов: Почему?

М.Уколов: Это хороший вопрос. Есть куча продуктов, которые закрывают отдельные кусочки: часть collaboration, почты и так далее. Есть продукт, который немного закрывает CRM. Я не понял, что умеет Эльба делать, они говорят, что они тоже могут автоматизировать финансовый учет индивидуальных предпринимателей. Они обещают это же сделать для небольших ООО. Так или иначе, единого комплексного продукта не существует, потому что его сложно сделать.

М. Спиридонов: Не значит ли это, что вы поторопились? Может, надо было сейчас начинать? К 2011 раскачаться, а к 2012 начинать продажи?

М.Уколов: Зачем? У нас уже есть готовый продукт. В течение ближайших 4-5 месяцев мы выведем его в Европу. К тому моменту, когда рынок будет готов покупать Saas, у нас будет готовый комплексный продукт.

М. Спиридонов: Интересно насчет Европы. Это будет последний вопрос, который звучал среди тех вопросов, которые задавали слушатели. Какие планы насчет Запада? Вы планируете выйти на Американский рынок? На какой европейский рынок вы планируете выходить?

М.Уколов: Прямо сейчас мы разговариваем с одним из европейских партнеров, которые собираются проинвестировать наш выход в Европу: с нас продукт, с них деньги, и Мегаплан выводится в Европу.

М. Спиридонов: А что это за компания? Какой страны?

М.Уколов: Немцы.

М. Спиридонов: Будете локализовываться под немецкий язык?

М.Уколов: Мы давно локализованы под немецкий, английский, казахский языки. Для того, чтобы выйти в Европу достаточно английского языка. Мы планируем добавить испанский язык с целью выхода в Латинскую Америку. Вообще для Европы достаточно английского языка.

М. Спиридонов: До сих пор вы не пытались с Basecamp бороться?

М.Уколов: Зачем с ними бороться? Например, зачем BMW бороться с mini cooper?

М. Спиридонов: Бороться – это значит активнее выходить на американский рынок.

М.Уколов: Мы выйдем и очень быстро перегоним Basecamp по выручке, потому что у нас продукт другой.

М. Спиридонов: Хорошо. Дай Бог. Сейчас поговорим о новостях недели.

Новость

М. Спиридонов: Слышал об этом, Михаил?

М.Уколов: Да, слышал. Мне Александр пару дней назад рассказал об этом. Единственное: мне оценка в 4 миллиарда показалась немного заниженной.

М. Спиридонов: А во сколько бы ты оценил активы DST?

М.Уколов: Мне казалось, что там будет цифра 6-7. 4, значит, 4.

М. Спиридонов: Как сигнал, это любопытно. Если DST так консолидирует свои активы, вывел Naspers из Мейла, красиво укладывает всё в коробочку и повязывает ленточкой, то это означает, что с их точки зрения кризис более или менее закончился, потому что они явно собираются на биржу.

М.Уколов: Нет, на биржу они собираются, потому что деньги нужны. Это понятно. Если ты во что-то инвестируешь, то надо где-то деньги зарабатывать. Конечно, если активы несутся на биржу, значит, всё хорошо. На самом деле, всё плохое уже прошло. В российских умах оно есть, потому что мы достаточно инертная и консервативная нация, но весь мир уже начал расти. Активы надо выводить на росте.

М. Спиридонов: Ок. Давай поговорим о том, что происходит в мире Торрентов.

Новость

М. Спиридонов: Вот такие дела. Государство последовательно стремится разобраться с Торрентами, в том числе и методами уголовного права. Как тебе такая новость?

М.Уколов: Цель благая, воровать – это плохо. Например, при разработке Мегаплана мы не использовали ни один пиратский продукт. Мы же производим честный продукт, поэтому должны использовать честные инструменты. В данном случае Торренто – инструмент, способствующий воровству, нарушению авторских прав. За это надо наказывать. Наказывать уголовно или административно каждое государство решает самостоятельно.

М. Спиридонов: Тебе кажутся правильными действия государства за последнее время, когда отключают домен torrents.ru?

М.Уколов: Методы мне кажутся неадекватными. Можно более спокойными и цивилизованными методами бороться, как весь остальной мир. Мы же не умеем по-другому. Для этого всех нужно научить, что такое торренто, как они работают, кто и что туда выкладывают. Гораздо проще вынести сервер, завести на всех уголовные дела. Тогда людям неповадно будет. С одной стороны, это большой топорный метод. Зачем лечить голову аспирином, проще ее отрубить. Зато больше никогда не встанет такой вопрос. Вопрос «что лучше?» лежит в другой плоскости. Конкретно мне методы не нравятся. Я бы так не действовал.

М. Спиридонов: По сути, они делают это с благой целью?

М.Уколов: Да, цель благая. Методы я не приветствую, но с пиратством надо бороться. С нарушением авторских прав тоже.

М. Спиридонов: Напоследок поговорим еще об одной инициативе государства.

Новость

М. Спиридонов: Особенно последнее мне кажется любопытным.

М.Уколов: Выведут, не выведут, но деньги попилят. Это в общем понятно.

М. Спиридонов: Всякий раз, слушая или читая новости, касающуюся проектов в интернете, имеющих отношение к государству, почему-то возникает вопрос «сколько спилят», а не «сколько сделают».

М.Уколов: Вопрос в том, что сделано. Когда коммерческая компания идет что-то заказывать, она смотрит на репутацию подрядчика, смотрит, что он уже сделал. А что сделало государство в IT? Денег вбухано много. Некоторые конкурсы смотришь и не понимаешь, как можно выделить на сайт 38 миллионов рублей. Где эти деньги? У кого-то они, конечно, есть. При этом нет ни одного серьезно работающего продукта. 300 миллионов Ростелекому отдали, чтобы они сделали электронные госуслуги. Там хоть что-то работает? Нет.

М. Спиридонов: Возражу. Есть kremlin.ru, более или менее вменяемый ресурс.

М.Уколов: Если бы администрация президента не сделала бы себе нормальный сайт, то это было бы ужасно. Про инновации мы слышим каждый день. Хоть один нормальный сайт им надо было сделать. Региональные Минкомсвязи сделали хоть что-нибудь работающее? Я об этом не знаю.

М. Спиридонов: Они пока только пытаются это сделать. Есть надежда, что сделают. Одно время я очень скептически относился к любым инициативам государства, сейчас я отношусь так же. Бессмысленно желчь изливать. Я выражаю надежду, что всё-таки будут подвижки после того, как президент на каждом шагу говорит о том, что необходимо вливаться в IT, о том, что необходимо создавать способы электронной коммуникации с гражданами. Хочется верить, что рано или поздно количество перейдет в качество. Возьмут нормальных специалистов, которые есть на рынке. Их можно брать с рынка, переманивать с Мейла, Яндекса и так далее.

М.Уколов: Максим, ты на 100% прав. Это обязательно заработает. Заработает в тот момент, когда это действительно станет кому-то нужно. Президенту это нужно. Это все понимают. Я не уверен, что Минкомсвязи это нужно. Когда они по-настоящему будут стремиться к этому, это сразу заработает. У нас всё просто: если что-то кому-то надо, то это сразу будет сделано в идеальном виде, даже деньги никто не попилит. Сейчас это никому не нужно. Когда на каждом этаже власти появится человек с такими же мыслями, как наш президент, тогда всё заработает.

М. Спиридонов: Должны смениться поколения чиновников прежде, чем это случится.

М.Уколов: Да. Очень ждем.

М. Спиридонов: Хорошо. На этом вопросы и новости закончились. Пора нам отправляться на отдых. Спасибо большое, что нашел время пообщаться.

М.Уколов: Всегда пожалуйста.

М. Спиридонов: Удачи твоим двум главным проектам. Я уверен, что у тебя есть другие проекты, о которых мы поговорим в другой раз.

М.Уколов: Они есть, только они не в интернете.

М. Спиридонов: Спасибо еще раз.

М.Уколов: Спасибо, Максим.

М. Спиридонов: Вы слушали эксперт-шоу «Рунетология». Сегодня у нас в гостях был директор Ютинета, управляющий партнер Мегаплана, Михаил Уколов. Редакция выпуска: Александр Рай, Юрий Берингов, Любовь Зайцев, Надежда Гусарова. Вёл программу Максим Спиридонов. До следующего выпуска.